luukphi_penz (luukphi_penz) wrote,
luukphi_penz
luukphi_penz

Бабушкино жаркое

Моя бабушка Клара очень вкусно готовила. Один из многочисленных семейных мифов повествует о том, что в конце двадцатых прошлого века, когда у дедушки заработок был нестабильным, бабушка устраивала домашние обеды. Двое или трое пожилых вдовцов являлись по вечерам в назначенный час обедать и были полностью удовлетворены и качеством стряпни, и ценой трапезы. Один из них, полный, вальяжный армянин, кажется его звали Гурген, часто оставался сыграть с дедом партию в нарды. Играли на деньги, хоть и небольшие, и, надо же, Гурген постоянно проигрывал. Через много лет, когда Гургена уже давно не было в живых, а бабушке не нужно было подрабатывать домашними обедами, деду довелось делать ремонт у родственника Гургена. К своему крайнему изумлению, дед узнал, что Гурген был профессиональным игроком в нарды, одним из лучших в городе. Так что проигрывать слабому любителю - деду, чтобы поддержать материально симпатичную ему молодую семью, для него не составляло труда.

Но вернемся к бабушкиной кухне.
Ее шедевром несомненно являлась говядина в кисло-сладком соусе, мы все называли это блюдо просто «кисло-сладкое». Готовилось оно не часто и только для субботнего обеда. Мясо для кисло-сладкого покупалось на базаре. Мы с бабушкой (я лет с десяти сопровождал ее в качестве тягловой силы) садились на трамвай и через пять остановок сходили у входа на Дезертирский рынок. Рынок был велик и прекрасен. В его открытой части азербайджанки торговали зеленью, овощами и дешевыми фруктами, тут можно было торговаться, сколько угодно. В закрытой части продавались молочные продукты, дорогие фрукты, соленья, куры и мясо. Меня всегда изумлял ряд, в котором на прилавках стояли высокие конусы квашеной капусты. Торговали ею молодые молоканки, все, как на подбор, румяные, статные, с белыми косынками до бровей. Здесь не торговались. Цена была написана на картонке. На попытки ее снизить женщины не отзывались. А рядом  были соленья грузинок, острая гурийская капуста, огурцы с помидорами и восхитительные джонджоли. Много о себе воображающие приезжие москвичи называли джонджоли каперсами и грубо ошибались, ничего общего между этими продуктами нет. Грузинки были разговорчивее молоканок, поторговаться с ними можно было, но и они цены почти не снижали. Но я опять отвлекся. Ведь мы пришли за мясом. Чтобы подойти к мясному прилавку, надо было миновать молочный отсек с великолепными сырами: имеретинским, сулугуни и совершенно недоступной для нас овечьей гудой, пройти мимо мингрельцов, торгующих битыми черными, самыми вкусными на свете, курочками, обойти лоток с бутылками и банками домашних ткемали, сацибели и аджики. Наконец, вот он - мясной ряд. Здесь бабушка задерживалась надолго, ведь искомое мясо должно было быть грудинкой, не слишком жирной и не самой дорогой, но очень свежей. Выбор был велик, так что мы всегда уходили с добычей.
В субботу вся семья собиралась на обед, и после легкого супа подавалось Оно. Каждый получал глубокую тарелку с темнокоричневым густым соусом, скрывающим небольшие куски мяса. Обрамлялась коричневая масса узкой золотой полоской жира. Никакого гарнира не полагалось. Соус надлежало вымакивать свежим белым хлебом, подъедая нежнейшие куски мяса по мере их появления. Увы, русский язык не выработал средств для передачи вкуса словами, не то я бы с вами непременно поделился. Ведь этот вкус я отчетливо ощущаю и сегодня.
После того, как бабушки не стало, мне ничего подобного есть не пришлось. Я сам неоднократно пытался приготовить бабушкино кисло-сладкое, но ничего у меня не получалось, так что я все попытки прекратил.

Лет через тридцать после бабушкиной смерти и лет через десять после переезда в Израиль мы ездили по Голландии и Бельгии и заехали в удивительный Брюгге. После длительной прогулки и катания на лодке по тамошним каналам аппетит разыгрался не на шутку. Мы зашли в ресторанчик на узкой улочке за их средневековым Марктом, и я заказал жаркое по-фламандски. И, представляете, мне принесли тарелку с тем самым, на вид, соусом. Коричневый, ну может чуть посветлее бабушкиного, обрамленный полоской золотистого жира, скрывающий небольшие куски говядины. Забыв о бонтоне, я отхватил приличный кусок булки и обмакнул в коричневую благодать. И опять нет у меня возможности описать вам, до какой степени это было не то. По контрасту с ожиданием соус показался мне ужасным, но есть-то хотелось. Постепенно я понял, что он совсем неплох. Мясо долго варилось в темном пиве с неведомыми мне горьковатыми приправами и, может быть, с ржаным хлебом в качестве загустителя. Нет, это положительно было неплохо. Но, все равно, стало грустно, очарование средневековья как-то поиспарилось, так что я даже обрадовался, когда пришло время сесть в покойный автобус, вытянуть натруженные ноги и продремать до самой гостиницы.
Tags: Воспоминание
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments