luukphi_penz (luukphi_penz) wrote,
luukphi_penz
luukphi_penz

Дилемма!

Ах, господа! Уж такую сложную и душераздирающую историю мне рассказали, что, ей богу, не знаю смогу ли я справиться с ее изложением. А ведь история эта о предметах совершенно ничтожных, о четырех винтах. Но попробую. Сорокалетняя пара с ребенком живет себе на пятом этаже в пятиэтажном доме, взрослых зовут Арик и Кира, а как зовут ребенка, совершенно не важно, ребенок тут не при чем. А в квартире напротив - соседка, громогласная такая, решительная, восточная женщина по имени Заава. И в силу своих отменных организаторских способностей, уже много лет избирается эта  дама председателем жилищного комитета. У Киры с Заавой за долгие годы соседства сложились наилучшие отношения. Как приготовят женщины что-нибудь этакое, так непременно отнесут соседке – попробовать. А тут уж сам черт велел зацепиться языками. Мужья, дети, другие соседи – тем хватало. И ключи от своих квартир они друг другу доверили, мало ли что, пусть у соседки лежит запасной комплект. А в доме, где они живут, имеется большое бомбоубежище. И вот это помещение используется соседями, говорю об этом с прискорбием, как склад всяких не сильно нужных вещей, что противу всяких правил. Ключ от склада хранится у Заавы, а запасной ключ у зама Заавы - Киры. Так что, если соседям что нужно в этот склад положить или, наоборот, взять оттуда, идут они за ключом на пятый этаж.
И все это множество слов всего лишь экспозиция для развертывания дальнейшего повествования.
Однажды Кира сказала Зааве, что они собираются купить новую супружескую кровать, так как старая под напором жизни совсем развалилась. Дамы похихикали, а потом Заава предложила Кире купить у нее новенькую кровать, которая лежит в бомбоубежище. Дочь Заавы выписала из Италии это роскошное ложе, будучи уверенной, что выходит замуж, но бойфренд дочери эту уверенность не разделил, так что кровать стояла изъятой из упаковки, но ни разу не собранной. Кира кровать не взяла, ну, не подошла она, слишком была широкой для маленькой спальни. Ладно. Проходит месяц, а может и два, и в один ужасный вечер раздается стук в дверь. А за дверью разъяренная Заава. «Твой муж вор, - говорит она зловеще, - тебе кровать не подошла, и ты решила, пусть никому она не достанется, подговорила мужа, и он украл у меня винты от кровати. Теперь ее нельзя собрать, а, значит, я не могу ее продать. Верни мне завтра винты или заплати за кровать, а нет, так пойду в полицию». Ну, просто гром с ясного неба. На всякий случай  пошли Арик с Кирой в бомбоубежище, да что там найдешь? Коробки какие-то, мешки с рухлядью, ковры старые, а вот и кровать, стоят ее части, прислоненные к стене, прикрытые прозрачной пленкой. И тут вспомнила Кира, что и вправду висел вот на этом выступе пакет с длинными бронзовыми винтами с большими шляпками. А сейчас нет этого пакета.
Ничего они не нашли, вернулись. И тут Киру аж затрясло, ведь у нее ключи от квартиры Заавы, вечером та ее в воровстве винтов обвинила, а завтра скажет, что у нее кольца пропали. Схватила она ключи и к соседке, на часы не посмотрела, а там уже час ночи. Звонит к соседке, стучит, наконец, та открывает, в ночной рубахе:
«Ты ненормальная, - кричит, - мне на работу завтра, давай мои винты!»
«Нет винтов, - отвечает Кира, - вот твои ключи. Нечего им у воровки делать».
«А, значит ты признаешься, что воровка! Знать тебя больше не желаю! Завтра иду в полицию!» И швыряет Кирины ключи ей под ноги. Ну, что сказать, Эдуардо де Филиппо курит в сторонке.
На следующий день Кира не пустила Арика на работу и сама не пошла. Они все свои вещи со склада извлекли и развезли по родственникам и друзьям, ключ от склада на дверь соседки повесили. И помчались к адвокату советоваться на случай прихода полиции. Адвокат их успокоил, полиция не появилась, все утряслось. Конечно, Заава рассказала всем соседям, об украденных винтах, и кое-кто стал смотреть на Киру с Ариком косо, но тут уж поделать было нечего. Я написал, что Заава накляузничала всем соседям, но это не совсем так. На первом этаже в самой маленькой квартире жили «русские» старики Петр и Анна. Их единственный сын с семьей уехал в Канаду, а они остались. Раз в пару месяцев Кира навещала их, приносила что-нибудь вкусненькое, прочитывала непонятные им бумаги на иврите, расспрашивала о здоровье, о сыне. С ними Заава, конечно, не говорила. Старики ни слова на иврите не понимали. В разговоре Петр сказал, что зайдет к Кире за ключом от склада, а Кира ответила, что ключа у нее больше нет. И слово за слово рассказала всю эту историю. И тут Анна говорит: «Петя, а ведь ты как-то приносил такие длинные коричневые болты». Петр начал отнекиваться, но старуха была кремень, неси, старый дурень, и все тут. Петр покряхтел и принес пакет с теми самыми винтами. Он их, вроде, на улице нашел возле мусорного бака. Тут уж Кира вцепилась в него мертвой хваткой. Оказалось, что старичок брал у Киры ключи, приходил на склад и выискивал, что «плохо лежит». Мелкие вещи просто забирал, что покрупнее, выпрашивал у соседей на бедность. И тут оказалась Кира перед дилеммой. Взять у стариков винты и вернуть их Зааве, значило признаться в краже. Даже, если тихо повесить винты на их прежнее место - все равно признаться. Оставить винты у Петра значит лишить Зааву возможности дорогую кровать продать. Она, Заава, хоть и стерва, но женщина бедная, жалко ее. Отдать иль не отдать, вот в чем вопрос. Так и не решила пока.
Tags: Впечатление, Рассказы друзей
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments