Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Буривух

Все, как всегда!

Мммда! Новое правительство у нас, однако! Естественный для демократического государства продукт невыполняемых обещаний, вымогательств и раздач из общего котла в секторальные миски.
А вот испанская эпиграмма конца 16 века. По-моему, очень даже подходящая.


Ты на посулы щедрым был.

Так дай нам то, что ты сулил.

А то, что дал, возьми назад,

И сразу все пойдет на лад.

Буривух

"Черный" театр

«Ну, что за гадость этот ваш «черный» театр!», - сказали мы с Аней, выходя из театра “Image" в Праге. Между прочим, это самый разрекламированный из всех пражских «черных» театров. И правда, в зале свободного места не было. Называлось это действо «Черный ящик» и представляло собой два, вложенных друг в друга, совершенно независимых представления. Номера пантомимы на тему преследования полицейским - растяпой двух грабителей банка, одним из которых была роскошная блондинка, перемежались цирковыми номерами светящихся акробатов, выполнявших свои трюки на черном фоне в соответствующих костюмах.

Пантомима и по уровню техики, и по психологическому наполнению была рассчитана на слаборазвитых подростков, которые, кстати, и сидели вокруг нас. А цирковые номера были вначале интересны, но им явно не хватало динамики и разнообразия. А билеты, между прочим, стоили примерно 250 шекелей на двоих.

Не покупайтесь на рекламу. Лучше провести вечер в хорошем погребке. И не обязательно с пивом. Мне очень понравилось моравское «Шардоне». Бутылка его в отличном чешском ресторане Radnichni Sklipek стоила как полбилета в этот, с позволения сказать, театр.



Буривух

"Ричард Третий" в Сатириконе

4 августа в Тель-Авиве мы смотрели шекспировского Ричарда ΙΙΙ в формате трагифарса. Театр «Сатирикон», постановка Бутусова. В главной роли А. Райкин. Фарса действительно было предостаточно и очень часто он плавно переходил в гиньоль. Все предусмотренные Шекспиром убийства были произведены самыми изобретательными способами. Если одного заливали красным вином из бутылок, то другого обматывали газетами, а третьего… Естественно, что когда доходила очередь до третьего, то зрителей намного больше интересовало, что придумал режиссер для визуализации этого убийства, чем, например, связь между доверчивостью и предательством. Но согласитесь, если убийства такие не страшные и производятся настолько понарошку, да еще и сопровождаются веселенькой музыкой, то и зло у нас тут игрушечное. Тем более, что  актеры действуют среди гигантской мебели (стол, кровать), подчеркивающей ничтожный масштаб всего происходящего. А если зло игрушечное и действует оно среди расставленных по сцене плоских серых игрушек, то и проблемы собственно никакой нет. Все действующие лица на сцене малосимпатичны и как бы взаимозаменяемы, так как разных действующих лиц играют одни и те же актеры практически без грима. На этом фоне самым живым, самым ярким и, не побоюсь сказать, самым симпатичным становится Ричард-Райкин. Его пластика, его гримаски, деловитость и напористость его уродца так резко выделяют эту фигуру из всей остальной массовки, что она становится единственным объектом и внимания и симпатии зала. Так  может быть, это и было иезуитской сверхзадачей режиссера - заставить нас симпатизировать воплощению зла? Если это действительно так, то лучше бы этот режиссер ставил не Шекспира, а телефонную книгу. По крайней мере, в нравственном отношении это было бы чище.